Вверх страницы
Вниз страницы

23.01 ФОРУМ ЗАКРЫТ НА РЕМОНТ! Гостям регистрироваться разрешено. Уважаемые игроки, свои вопросы, предложения или пожелания вы можете оставить в этой теме. Майами любит Вас!)










Уважаемые гости,
не сидите на главной странице, поскорее регистрируйтесь и погружайтесь в кипящую жизнь нашего Майами!

Зима (дек, янв, фев), 2012/13 год
Система игры: гибрид
Рейтинг: NС-17

Hustler - лучший стриптиз клуб Glee: we can fly Toronto: Inspire Me

Miami: real life

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Miami: real life » Archive » [05.10.2012] So far from your weapon


[05.10.2012] So far from your weapon

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

1. Название/эпиграф:  So far from your weapon
2. Время и место: 3 декабря 2012 года, заброшенные склады в районе порта. Время - около десяти вечера.
3. История: Друзья занервничавшего подзащитного Лейва решили самостоятельно разобраться с упрямым прокурором. Во что это может вылиться - неизвестно.
4. Участники: Лейв Линдблад и Стефан Штольц.

Отредактировано Leiv Lindblad (2013-10-20 16:30:40)

0

2

- Как настрой? - в бок ему упиралось что-то твердое, округлое, что в воображении дорисовывалось в длинный фалический символ с рукояткой, курком и магазином в наличии.
- Как костюм Тони Старка, - прокурор ещё не успел открыть ключами свою машину, так что они повисли на брелоке, одетом на палец, когда он отвел руки, показывая, что в них ничего нет. Стефан не видел ни того, кто за спиной, но судя по теням, тот был вовсе не один. Кажется, это была крайне неудачная идея - ехать вечером в супермаркет одному, не предупредив домашних, чтоб ждали его. С такой работой он часто оставался в прокуратуре допоздна, так что волноваться никто не будет. Ещё глупее было бросать машину там, где не было камеры. Он не был параноиком, но после одного памятного случая с разбитой фарой старался встать так, чтоб потом иметь возможность получить записи происшествия. Но сегодня он был чересчур задумчив.
- Эээ, - он едва собрался спросить хоть что-то, но его рот зажали, руки довольно грубо стянули чем-то за спиной, а после затолкали в машину. Мешок на голову, несколько тычков и вполне четкое указание вести себя тихо. Ну, да, чего греха таить, безрассудным героем, кто был готов кинуться в драку, пасть от вражеской пули, но не сдаться. Он был переговорщиком и именно того и ждал. Конечно, сердце стучало бешено, так, что в ушах отдавало будто басы на вечеринке, но ведь вряд ли его бы брали целой группой, чтоб куда-то увезти и убить.
К подобному он был готов ещё с самого начала своей карьеры, одно время даже переживал, старался не появляться на улице в пустынных местах в темное время суток, постоянно менял маршруты и вообще был ужасно постоянен в своём непостоянстве. Высокий статус сейчас давал ему с одной стороны больше поводов для беспокойства, но с другой и большую защищенность. Так что сейчас он минимум ждал визита к Дону Корлеоне.
Ехали где-то полчаса, хотя скорее всего меньше и вполне возможно, что намного больше, отсчитывать время про себя точно Стефан никак не умел. Да и по приезду его ожидания не оправдались. Когда с него стянули мешок, прокурор успел выловить взглядом несколько голов в маске, прежде чем согнулся от точного и сильного удара под дых, от которого согнулся пополам, удерживаемый за связанные руки.
- Здоровый, блять, кабан. Ну-ка, шевелись! - куда его тащили и зачем, были очень волнующими вопросами, но почему-то теперь ответа Стефан знать не хотел. Потому что предполагал что-то явно нехорошее для него. Зато успел перебрать в голове все закрытые за последнее время дела и те, что вел сейчас. У него было два варианта: либо месть за того, кто уехал недавно на десять лет, либо того предложение не сажать одного хмыря где-то на столько же. Но пока что от такого предложения хотелось отказаться. И даже после того, как Штольц оказался в горизонтальном положении, охая от первого мощного удара. И это явно был не предел. Стефан напряг мышцы, пытаясь вжать в себя голову, сжал плотно челюсти и весь съежился, морщась. Было больно. Даже не так - было очень больно.

+1

3

Лейв успел трижды пожалеть о том, что сказал.
Выруливая на пустую трассу, ведущую к портовой части города, он продолжал ругаться сквозь зубы.
"Стеф Штольц - худший вариант, который может тебя ждать, приятель, если в процессе дела всплывут улики, о которых ты мне не рассказал или свидетель, этот сукин сын закопает тебя на десять лет, приятель, я на твоей стороне, приятель, расскажи мне все об этом деле!" - говорил адвокат клиенту два дня назад.
И что же в итоге?
Неблагодарная тупая байкерская скотина!
С полчаса назад Дэйв Мэтьюз, ухмыляясь во весь свой щербатый сраный реднечий рот, с гордостью заявил, что с прокурором уже "разбираются". И что пусть герр Линдблад не переживает - дело придется перенять другому обвинителю.
Десять минут назад при помощи громкого мата и угроз Лейву удалось выбить из засранца адрес, по которому и происходило "покарание" строптивого Штольца.

Здание оказалось старой заброшенной верфью, чей силуэт зловеще темнел на фоне освещенных городскими огнями ночных небес. Лейв прислушался. Ни звука не доносилось из выбитых провалов окон. Ветер гнал шуршащий целлофановый пакет по высушенной солнцем земле, а единственный фонарь давал чертовски мало света.
Мужчина осторожно, без хлопка, прикрыл двери машины и сунул за пояс брюк сзади пистолет. Разрешение на ношение оружия у него, разумеется, было, а вот опыта его применения - еще нет. "Все кода-то происходит в первый раз" - философски считал Линдблад, но надеялся, что день, в который ему придется выстрелить, направив оружие на человека, не наступит никода. И сегодня он надеялся на это в два раза активнее.
На уровне вторго этажа мелькнул свет фонаря и Лейв быстрым шагом направился к верфи.
Он очень надеялся, что не опоздал.

Четверо парней были слишком увлечены своим занятием, чтобы заметить вынырнувшего из темноты Лейва.
Двое держали Штольца под скрученные за спиной руки, удерживая его на достаточной высоте, чтобы наносящий удары тип в маске бил поддых и по лицу, четвертый, очевидно, призванный стоять на шухере, забил на это дело и подбадривал товарищей возгласами "так его, врежь пидору по яйцам!".
Лейв достал пистолет и направил его вверх. Нажал на спусковой крючок.
- У вас есть дфе минуты до приезда полиции, - рявкнул Лейв, перекрикивая "дачезанахуй", "шухер", "датыблядьктотакой", "пацаны, это ж адвокат Кирпича", "какого хуя ты приперся" и "валипокацелгандон".
- Хотите, чтобы Кирпич на десять лет сел?! Или к нему хотите?! Это окружной прокурор, недоноски. Сфалифайте, пока я не передумал прикрыфать ваши затницы! - пистолет он опустил, но не спрятал, и сейчас переводил взгляд с одной маски на другую, хмуря брови и всем своим почти двуметровым видом символизируя ождающие их неприятности.
- А че нам мешает порешить и тебя за компанию, спаситель хуев? - поинтересовался самый мелкий из байкеров, но, очевидно, ответственный за операцию. Отпускать Штольца он пока не спешил.
- То, что я предупредил, куда еду, к кому и зачем, - огрызнулся Линдблад, только теперь пряча пистолет снова за ремень. Он уверился в том, что стрелять парни не начнут. Могли бы - начали бы. - откуда я знал, где вас искать, подумали? И не один я знаю. Хотите дождаться полиции вместе со мной? Я-а совсем не протиф компании, - это прозвучало даже дружелюбно.
Лейв готов был поклясться, что слышит скрип шестеренок в башке по черной лыжной шапкой. И не жарко же им!
- Ладно, - мелкий махнул рукой, и Стефана отпустили. Судя по тому, что он рухнул на колени и едва не завалился набок, досталось ему уже порядочно. - Сукин сын свое получил. - он демонстративно сплюнул под ноги прокурору, и, проходя мимо Лейва, так же демонстративно подвинул его с пути. - А если ты еще раз влезешь, то получишь пизды, -  предупредил он шведа уже у выхода на лестницу.
Лейв помахал ему рукой и только потом подошел к все еще сидящему на коленях Штольцу.
Внутренности аж скрутило от открывшегося зрелища - ах, сколько раз он представлял себе эту картину - чертов прокурор перед ним на коленях, избитый, с покрытым черной в сумеречном освещении кровью лицом. Побежденный и смиренно ожидающий милости! Швед даже застыл на несколько секунд, широко раскрытыми глазами глядя на это великолепие.
... Но взгляд, которым его обжег прокурор, мало походил на взгляд сломленного человека.

+1

4

Его не поленились поднять! О, Стефан даже успел в миг стать религиозным, прося у Господа помощи, правда, тут же согрешил, прося его же уничтожить всех врагов. Особенно, этих. Правда, Бог его немного простил, потому что по почкам почти не прилетало, а били всё чаще по животу, благо что пресс напрягать Штольц ещё мог. Не успел он вновь подумать о том, как этим молодчикам воздастся от него лично, если не умрет, как прилетел хороший такой удар в нос, от которого моментально хлынули слезы. Отец когда-то что-то объяснял про рефлексы и слезные канальцы, Стефан помнил, но было не до того. По зубам тоже отхватил. Как пытался отхаркнуть затекающую в рот кровь, но закашлялся, поперхнувшись, и та полилась по подбородку.
- У вас есть дфе минуты...
"Ох, ебать!" - этот акцент и голос он бы узнал и лет через пятьдесят точно. Персональная головная боль последние пару лет или чуть меньше. Адвокат с хищным, ублюдочным и обаятельным лицом, знатный подлец и не менее знатный оратор. Пожалуй, Стефан был согласен, чтоб здесь и сейчас оказались все те, кого он с холодностью отправил за решетку на очень долгие сроки, но не этот тип, у которого с каждым выигранным лично у Штольца делом поднималась цена за час его услуг. Пару раз в сердцах прокурор даже назвал его очень нехорошо. То есть он его в принципе часто нехорошо называл про себя, а тогда даже устыдился. То есть не совсем тогда, а после того, как остался победителем в зале суда, испытав привычную легкую жалость к адвокату.
И вот он тут. "Герой. Как Бэтмен прямо", - Стефан наклонил голову, выпуская сквозь зубы слюну. Его отпустили так же грубо, как и держали, прокурор больно стукнулся коленями о бетон и чуть было не упал, но каким-то чудом сохранил равновесие. Божественным видимо. Тем самым, что принесло сюда адвоката.
Он запомнил каждое слово, сказанное ими, каждое слово каждой болящей, ноющей и орущей клеточкой своего тела. Линдблад приблизился к нему и замер, пока Штольц переводил дыхание, то есть пытался отдышаться.
- И? - он хотел спросить это молча, но когда взглянул в лицо адвоката, то даже не смог сам считать выражение, слишком тут было темно, - развяжите мне руки, мистер Линдблад.
Борцовской привычкой он уперся в бетон пальцами ног, подгибая их, и перекатился назад, опять поморщившись, потому что приземление на пятую точку тоже было не самым приятным. Первым делом, когда его руки оказались свободны, он ощупал нос, осторожно, чтоб не повредить ещё сильнее: не сломан.
- У меня было несколько вариантов. Они не представились, - сообщил он адвокату, - значит, Метьюз?
Он ни разу не видел адвоката возле здания суда курящим, скорее всего, тот и не курил, но благо пачка нашлась в собственном кармане: несколько сигарет и зажигалка. Стефан стер кровь с лица, обтер её о ткань поло и дрожащей рукой выудил из пачки одну, прикурив с третьего раза.
- Про полицию это блеф, я правильно понял? Иначе бы лишились клиента и всех своих в будущем, - он затянулся и опять сплюнул кровь, шмыгнув носом, потом додумался запрокинуть голову, - спасибо вам, конечно, могли лишиться профессиональных трудностей.
Это не были преувеличения потешить своё самолюбие: он прекрасно знал, что не раз и не два портил Линдбладу картину, к тому же прекрасно видел его колкие взгляды. Кажется, не один прокурор победу в суде ставил ещё и наравне с личной победой.
- Но вы не потрудитесь объяснить, что тут делаете? Откуда вы узнали? - он снова прокашлялся и выкинул недокуренную сигарету, - вы на машине? Мне нужна ваша аптечка и телефон. Будьте любезны, помогите мне подняться.

+1

5

Лейв вытащил из кармана брюк раскладной ножик, глядя в лицо прокурору и ухмыляясь. Очень старался добавить во взгляд жалости. "Бедняжечка, ути-пути". Но получалось плохо - слишком уж сквозило хищное злорадство и оставалось лишь надеяться, что его Штольц не считает.
С тихим щелчком из костяной рукояти выскочило лезвие.
- Не тёргайтесь, герр Штольц, - насмешливо бросил Линдблад, не слишком нежно разворачивая мужчину спиной к себе - единственным источником света был уличный фонарь, находящийся чуть ниже уровня второго этажа, а в темноте на наощупь разрезать пластиковую сватовскую стяжку было рискованно. Прикосновение к пережатым запястьям на контрасте с предыдущей резкостью было на удивление осторожным, чтобы не сказать мягким. Лезвие быстро рассекло пластик и Лейв тут же отошел, наблюдая, как Стефан растирает запястья и ощупывает нос.
Неровное пламя зажигалки выхватило из полумрака  рассеченную бровь и залитый кровью нос с подбородком. Когда прокурор выпустил сигарету из губ, выдыхая дым, Лейв заметил кровь на фильтре и подумал, что та смахивает на помаду. Забавно.
- Полиция могла слышать выстрелы, - повел плечом швед, продолжая следить за каждым болезненным жестом своего вечного оппонента. - Но я сомнефаюсь, что приедет. Прежде, чем оказать вам первую помощь, герр Штольц и предоставить средство связи, я хотел бы уточнить один момент. Что вы намерефайетесь делать после сегодняшнего... несчастного случая?.. - он вскинул бровь, привалился плечом к изрисованной кирпичной стене, ничуть не заботясь о чистоте дорогого костюма, - Это федь ужасно, не так ли, когда такой уважаемый член общества становится жертвой банды малолетних преступникоф? И как славно, что на страше закона стоит такой крепкий и сильный мужчина, спосопный постоять за себя сам? Несомненно, я окажусь перфым, кто будет благодарен судьбе за ваше счастливое возвращение, та-а? - намек почти в каждом слове. Обманчивая расслабленность в каждом жесте. Цепкость и что-то еще, затаенное, во взгляде.
Лейв готов был предложитьб сделку и знал ее стоимость, но, по своему обыкновению, хотел попытаться сторговаться на меньшее.
Он не хотел светиться здесь. Не хотел быть соучастником. И хотел верить, что смешное качество "благородство" было присуще прокурору не только на страницах газетных заметок. Ведь подставлять того, кто спас твою шкуру, было бы не очень красиво, герр прокурор, ведь так?

+1

6

Штольц согласно кивнул о приезде полиции. Он точно не знал, где находился, но предполагал, что место очень глухое, вряд ли можно на что-то рассчитывать. Качнул головой, слушая, что говорит ему Линдблад - жук, точно жук, не зря прокурор его так окрестил в своё время. Он ещё по колледжу его помнил. Не вспоминал, но знал, что даже там он умудрялся лихо изворачиваться и находить подход к тем, через которых сам Стефан прополз на локтях.
- У вас есть разрешение на оружие, мистер Линдблад? - спросил он полу-утвердительно, прокручивая в голове весь процесс экспертизы, - знаете методику работы полиции? Отслеживают, какой абонент находился на нужно территории в нужное время. Хотя, конечно, вы должны это знать. Наверняка, вы проезжали мимо камер. Так вы, собственно, расскажите, как здесь оказались?
Судя по его позе, подходить и заканчивать свой героический поступок тем же героизмом в оказании первой помощи нуждающемуся, он не торопился, потому Штольц снова потянулся за сигаретами. Никотин вызывал спазм сосудов, а со слабеющим кровотоком слабела и боль. Он выдыхал дым через нос, и это тоже останавливало почти уже не капающую кровь.
- Повторюсь, - строго сказал он, стараясь, чтоб в хриплом голосе прозвенела часто присущая ему сталь, - я благодарен вам. Но я бы не хотел мешать личное и профессиональное. Я соблюдаю закон, но раз уж вы настаиваете... Вы можете пройти свидетелем, можете придумать что-то о том, что сильно растерялись и потому не вызвали полицию, о том, как вы возмущены вопиющим беззаконием прямо под вашим носом. После чего весь преступный контент, я про группировки, сотрет из своих записных книжек ваш номер, как ненадежного. Можете пройти как соучастник, но, думаю, этого вы не хотите, хотя я думаю, что патрульные приехали бы намного раньше вас, если бы вы позвонили. Понимаете, о чём я?
Откуда-то он был убежден, что Линдблад, услышав это всё, не кинется его добивать. Не для того приезжал спасать, чтоб стоять и торговаться. Легко ему всё же сделки с совестью проводить, а вот Стефан ещё долго будет мучиться.
- Не вижу причин, по которым я должен поступиться буквой закона, сильно удариться головой и забыть всё, что тут происходило. Кроме того, что не хочу становиться вашим должником. Но вы ведь понимаете, что ко всему прочему я не хочу, чтоб эти ублюдки остались безымянной бандой из гетто, что не получила своего наказания, а вместо него счастливое воссоединение со своим братом.
Ему отчаенно хотелось послать адвоката в задницу: настроения, сил и желания торговаться не было.
- Вы знаете, что вам нужно сделать, чтоб в моем рассказе не склонялась ваша фамилия.

+1

7

Если бы Штольц закивал послушным болванчиком и быстренько согласился бы с тем, что предложил ему адвокат, Линдблад растерял бы все свое к нему уважение. Но Штольц не разочаровал. Надо же, сотрясенным, небось, мозгом и про методы работы полиции вспомнил, и про камеры, и намекнуть на ждущие его, Лейва, неприятности не забыл.
Финал речи законника и вовсе обнадеживал. С этого "ну вы же понимаете, что нужно сделать?.." начиналось сто-олько интересных догадок! Прокурор выпускал сизые клубы дыма в воздух, сглатывал все еще сочащуюся кровь, пальцы его подрагивали - все еще, но он уже диктовал свои условия.
Ай да Штольц, ай да сучий потрох!
Линдблад снова ухмыльнулся, сунул ладони в карманы.
- Не знаю, - он облизнул губы, старательно сдерживая улыбку. - Что я должен сделать, герр прокурор? Перевести деньги на оффшорный счет в банке Кипра? - вскинутая бровь, подрагивающий уголок губ, но ни намека на дрожь в коленях. - Проиграть вам партию в тенис?.. Выгулять вашу собаку? Вы интригуете, Штефан, - у него даже имя его получалось произносить так. Будто оно содержало самое бессовестное предложение и три сделки с совестью. Лейв сделал несколько шагов по пыльному, усыпанному песком и бетонной крошкой полу. На заседаниях суда он тоже любил так "гулять", когда задавал присяжным вопросы с излюбленными своими этическими вилками, в ожидании, покуда те сломают себе мозг, выбирая между двумя неверными вариантами. Давал время подумать.
- Давайте я облегчу вам муки выбора, мистер Штольц, - Лейв неспешно вернулся на прежнее свое место, улыбаясь прокурору мягко и вкрадчиво. - Вы не видели меня здесь. А я отказываюсь защищать мистера Мэтьюза. И даже делаю вид, что не считаю вас неблагодарным шантажистом и говнюком. Ладно, ладно, - он деланно вздохнул, и, воздев очи горе и улыбаясь, покачал  головой, будто соглашался купить несносной маленькой врединке плюшевого единорога размером с пони, - целых три дня, на дольше меня не хватит. Вас устроит такой вариант развития событий? Цените мое великодушие. Мне слишком больно видеть кровь на вашем лице, мистер Штольц. Уже не терпится оказать вам первую медицинскую помощь. - до того, как предложение мировой будет принято, Линдблад и не думал убирать откровенно-насмешливые  нотки из голоса.

+1

8

Штольца посетило странное чувство дежавю. Хотя, если быть совсем честным, оно посещало его регулярно, всякий раз накрывая собой, когда прокурор встречался взглядом с адвокатом. Обычно это происходило в самом зале суда. Чуть реже они столкнулись в коридоре, и Стефан отлично помнил, как подумал о том, что у этого подонка ещё и схожий вкус: сомнений в том, что именно его парфюм пах так, не было, а ведь это даже заставило прокурора в тот раз замереть и обернуться. Один раз они встретились на парковке, Шульц учтиво кивнул, отметил, что они одного роста или около того, и поспешил уйти. Это было второе их общее дело, и тогда ещё прокурор не испытывал желания баловать себя словесными перепалками с адвокатом вне стен зала заседаний.
Стефан наклонил голову, выражая всем своим видом что-то вроде: "Однако". Откуда адвокату было известно, где Штольц провел свой последний отпуск, что он ненавидит ракетки и собаку своей жены? Откуда он знал, что Стефану всегда было так важно отвечать на вызов? А что, если он во всем был лучше него? Прокурор сощурился, глядя куда-то в пространство, а его мыслям вторило это издевательское "Штеефан", теплое и с придыханием.
- Мистер Линдбланд, вы никогда не задумывались, что вам стоит работать в театре? - мягко спросил прокурор, подыгрывая и переводя на него уже свой обыкновенный взгляд, которым всегда смотрел в суде, - вы отказываетесь защищать Метьюза, а я считаю, что никогда вас тут не видел. Правда, медики говорят, что память странная штука, иногда пропадает, иногда возвращается. А относиться ко мне вы вольны как хотите, я не икаю, даже когда меня вспоминают.
Чертов адвокат умел заставлять его нервничать. Одним своим присутствием. Над Штольцем даже коллеги порой подшучивали, аккуратно, конечно, но вот прозвище "этот... любимый Штольцев" к нему неформально прилипло. Когда Стефан слышал его фамилию как защитника подсудимого, то невольно испытывал странну смесь того самого волнения, нервяка и предвкушения. Что-то в этом было. Достойное.
- И если вы всё таки расскажите, какие такие благородные порывы вас сюда прислали, то я потружусь оказать себе первую помощь сам. Думаю, с медицинской помощью разберутся уже доктора.

+1

9

Если бы Лейв знал мысли прокурора, то сначала охренел бы, а потом бы поапплодировал офигенно-догадливому себе. Потому что он не знал ни о Кипре (кроме того, что там хранились неофициальные счета половины нечистых на руку чиновников), ни о тенисе (кроме того, что им увлекались выпускники Гарварда), ни о собаке. Ну не кошку же выгуливать!
Пальцем в небо. Несмотря на то, что не так давно он заплатил круглую сумму за доступ к личной почте прокурора и его логам. История поиска и содержимое почтового ящика было на удивление скучным.
Но Лейв не знал, и с жадным интересом наблюдал скупые эмоции на лице Штольца, на то, как тот склоняет голову к плечу - птичий жест, как вскидывает взгляд.
В суде многие мнили себя хищниками. Практически у всех были - как их, эти, да, амбиции, - и хитрые прищуры, и загадочные улыбки, и выточенные спортзалом мышцы. Практически все делали все, что могли. А Штольц... Штольц делал все, что хотел. И потому выиграть у него было наиболее достойно. Самые сладкие победы.
- Театр, - низко и хрипло засмеялся швед, - По сцене с косой шатается смерть, у нее в этой пьесе так много слов, и если на всех - бутафорская медь, то как отличить королей от шутов? - продекларировал он, обрывая себя новым коротким смешком, - Нет, мистер Штольц, я не люблю знать финал. В этом-то и прелесть жизни, которая, как мы знаем, тоже театр. Ох, - он вдруг нахмурился, будто бы действительно был озадачен, такая же игра, как и все прочее, наружное, -  Кажется, вы задафали риторический вопрос. Прости-ите мою болтлифость! Пойдемте, мистер Штольц. У меня действительно есть аптечка в машине.
Лейв, коротким жестом, призвал следовать прокурора за собой, и направился к лестнице и выходу из здания.

- Вы хотели знать, почему я приехал, - мужчина, продолжая улыбаться, достал из бардачка аптечку, выложил на капот. - Я настаиваю, - ответил он на взгляд Штольца, - Хотя бы смыть крофь. Но, вернемся к вопросу. Возможно, я не хотел лишиться достойного соперника в вашем литсе?.. - размышлял вслух Лейв, смачивая антисептиком марлевую повязку, - А, возможно, я просто не хотел, чтобы вас покалечили. Это... было бы... неприятно. - с преувеличенно-заботливым выражением лица он вытирал начавшую посыхать кровь на виске Штольца. - Нет, мистер Штольц, я все так же не питаю к вам теплых чувстф, но некое ощущение гармонии во мне противилось тому, чтобы вы были избиты до смерти бандой беспредельщикоф. Это был бы некрасивый финал. Вы согласны? - он отстранился на секунду, глядя в глаза прокурору. Он был одним из немногих, кто мог смотреть на него прямо, а не снизу вверх. Ухмыльнулся, возвращаясь к занятию и вдыхая сладковато-приторный запах пота и крови. Приятный запах. Все-таки.

+1

10

Конечно, у него была аптечка в машине - все законопослушные граждане её возили. Стефан опирался на копот в ожидании и уж было собирался рыться в поисках нужных лекарств, но Лейв его остановил. Впрочем, спорить прокурор не стал, из какого-то странного интереса подставил лицо, слушая ответ. Вообще-то, хотел перебить и сказать, что не так уж и уже хочет его знать, но понадеялся, что сейчас услышит какую-нибудь гадость.
И это было важно. От того, как он ответил, зависело отношение Стефана к нему. А он очень не хотел думать о нём лучше, чем думал сейчас, хватало того, что и так был ему обязан отсутствием множественных переломов. А им ведь ещё в суде бодаться. И пустись адвокат в какие-то пространные рассуждения о чести или, наоборот, скажи, что ему просто было скучно, Штольц не поверил. А вот услышанное...
- Если бы вы питали ко мне теплые чувства, то моё ощущение гармонии бы умерло, - пробормотал он, - звучит довольно эгоистично.
"Но не на столько, как мне хотелось бы", - подумал он, но вопрос про согласие проигнорировал. Риторический, что уж там, конечно, он бы тоже не хотел пасть такой смертью. Но и разговор ему этот не нравился. Стефан поднял руку и взял ей Лейва за запястье. Не перехватил, не сжал, не убрал от себя, просто остановил.
- Знаете, она, - он имел ввиду кровь, - мне не очень мешает, а вот отсутствие обезболивающего - сильно. Просто отвезите меня в городскую центральную больницу, и закончим с этим.
На взгляд он отвечал прямо, хотя вообще-то ему хотелось морщиться. Хотелось жаловаться, ныть, и даже такому выдержанному и сдержанному сухарю хотелось теперь расслабиться, отдаться в профессиональные руки, а не напрягаться, подбирая слова и выдерживая правила игры.
- И ваш телефон: время позднее, - добавил он после короткого молчания и выпустил руку. Когда адреналин в крови немного рассосался, сердце перестало биться так бешено, а мозг перестал переключаться из режимов "кажется, мы спасены" и "ой, надо снова напрячься", осознание того, что он стоит почти беспомощный и побитый перед своим главным соперником да ещё и благодаря нему стоит, а не лежит, нахлынуло с удвоенной силой.
Как ни странно, позвонил он не жене, а по памяти набрал цифры, нажал вызов и поздоровался с девушкой из диспетчерской городской больницы, интересуясь, на месте ли доктор Штольц, на что получил ответ, что тот на месте, но уже не принимает, и просто попросил передать, что Стефан Штольц скоро приедет и надеется его там застать. Видимо, схожесть фамилий всё таки давала понять, что такую просьбу передать стоит.

+1

11

Лейв замер на миг, когда его руку перехватили, но быстро совладал с собой, ухмыльнулся и отступил, делая широкий жест, мол, как скажете, уважаемый.
Вот вам телефон, вот вам вторая салфеточка, умойте рожу сами по пути в больницу, а то вдруг копы - и им придется давать объяснения, а это будет печально, не правда ли.
Отцом Штольца был главврач окружной больницы Майами - об этом Лейв знал, хотя и не искал информацию самостоятельно. Все же они работали в одной сфере и с одними людьми, от слухов уши не закроешь, да и большая часть коллег Линдблада искренне полагала, что необходимо просветить его о всех известных им деталях жизни его "любимого" прокурора. Так что да, Лейв знал про отца-доктора, и даже про деда-прокурора знал, и даже портрет его в здании суда видел. Ну прямо местный Дамблдор. Тоже, говорят, был принципиальным засранцем... то есть, конечно же, редкого благородства и честности человеком. Разумеется.
Лейв довез прокурора до больницы в гробовом молчании. Тот вытирал лицо, чтобы, видимо, не перепугать персонал и отца, попросил подвезти его не к парадному входу, а к черному, используемому машинами скорой.
Швед выполнил просьбу и не стал дожидаться, пока старик-отец выйдет забрать сына.
Сын, в конце-концов, уже здоровый лосяра, да и сам отлично стоит на ногах.
- Доброй ночи, мистер Штольц, - махнул уже из окна автомобиля Линдблад, - И не за что, - с ухмылкой добавил он.
Уезжал с чувством выполненного долга. Вытащить задницу окружного прокурора из передряги - это же, блядь, так благородно и прекрасно, что обосраться можно, покуда ангелы трубят, сенаторы рукоплещут, и Линкольн с небес льет слезки гордости за нацию.
Ой, да, Лейв же швед. Ну и хрен с ним.

+1


Вы здесь » Miami: real life » Archive » [05.10.2012] So far from your weapon


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC