Вверх страницы
Вниз страницы

23.01 ФОРУМ ЗАКРЫТ НА РЕМОНТ! Гостям регистрироваться разрешено. Уважаемые игроки, свои вопросы, предложения или пожелания вы можете оставить в этой теме. Майами любит Вас!)










Уважаемые гости,
не сидите на главной странице, поскорее регистрируйтесь и погружайтесь в кипящую жизнь нашего Майами!

Зима (дек, янв, фев), 2012/13 год
Система игры: гибрид
Рейтинг: NС-17

Hustler - лучший стриптиз клуб Glee: we can fly Toronto: Inspire Me

Miami: real life

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Miami: real life » Archive » Goodnight.


Goodnight.

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

http://s4.uploads.ru/hLIRc.jpgshivaree – goodnight moon.

Richard Spaak. | Nicolette Allegre.
Вечер, плавно переходящий в ночь.
Пик высоких ставок, шкалящего в крови алкоголя и необдуманных поступков.

Набирающая силу летняя удушливая жара 2012.
Поучительная история о невинной любопытности, мальчишеской безалаберности
и продвинутом пользовании коньячных рюмок.


+1

2

На Николь было новенькое синее платье, не менее новенькие белые туфельки, а на кровати был не слишком аккуратно пристроен относительно новый клатч. В общем-то, выглядела она как вполне обычная, не обремененная заботами девушка, собравшаяся, предположим, прогуляться, а может и вовсе на свидание. Однако присмотревшись поближе, можно было заметить, что мерила она шагами комнату отнюдь не в суете сборов, отыскивая пропавшие серьги или что-то подобное, да и лицо особым счастьем не светилось, намекая на мрачные мысли в этой светлой (только в плане гениальности, конечно) голове.

А голова была действительно светлая. В ходе последних событий еще и не уступавшая по гениальности и количеству серого вещества «зайчикам» Хью Хефнера, а она однажды имела удовольствие с ними пообщаться. Впечатлилась по самое не балуй. Нет, серьезно, большей дурости юная Аллегре себе никогда не позволяла. И ладно, о целостности своей пятой точки, обожающей приключения, она могла и не думать, но вот подставить Рика…

Нико горестно вздохнула, скорчила расстроенную мордашку и упала спиной на кровать. И ведь надо рассказать ему все, но просто ужас как стыдно. Девушка давно так не нервничала. А случилось вот что: в «El Rancho» сегодня должен был состояться аукцион, и, судя по активной деятельности внизу, состоится. Вот только один из главных и, что немаловажно, дорогих и уникальных предметов…испарился. Ну, то есть как испарился… Потерялся. И не без помощи Николетт. Вот такая незадача.

Хранилось это произведение искусства в ювелирной лавочке неподалеку и было чудо просто как красиво. А мадемуазель Аллегре, с детства падкая на то, что в народе называется «цацками», устоять, конечно, не могла. И вот ведь удивительная удача – сын этого ювелира совершенно неудачно был в нее влюблен уже на протяжении нескольких месяцев. Обменяв невинный поцелуй на душу молодого человека, девушка с характерным блеском в глазах попросила достать нет, не луну с неба, а всего лишь ту самую брошь, которая удивительным образом подходила к платью. Естественно, она честно-честно пообещала, что никто ничего не узнает и следующим же утром вернет на место.

Следующим утром, то бишь этим, девушка проснулась, во-первых, с трудом, а во-вторых, без украшения. Она перерыла все шкафы, полки, залезла под кровать и даже в домик к Ноэлю, который подобным варварством был очень возмущен. И вот теперь ее телефон разрывался от звонков того самого сына ювелира, а ее грызла совесть. Интересно было, когда обнаружится пропажа, как быстро он сдаст ее владельцу, и чем ей это грозит. Внутреннее я ехидно подсказывало, что в большей мере это чем-то грозит не ей, а отцу, потому что что с нее, дуры, взять?

В общем, в любом случае пора было брать себя в руки и идти с повинной к Рику, пока все не закончилось еще хуже. Уж он-то что-нибудь точно придумает. Приободрившись от этой мысли и напоминая себе всю дорогу, что ее отец – великий импровизатор, и вообще случались ситуации и похуже, Николетт помчалась по лестнице вниз, в казино. Найти его там было не сложно – мистер Спаак, с утра контролировавший, чтобы к аукциону все было готово идеально, занимался тем, что раздавал указания, расслабляясь за барной стойкой.

С самыми честными-пречестными глазами Аллегре села рядом с отцом. Быстренько вспомнив, что у честных людей таких честных глаз не бывает, девушка грустно вздохнула и покосилась на отца. По ее сценарию он должен был спросить, что случилось, но Рик был действительно хорошим отцом и все подобные уловки знал назубок. Вздохнув так еще разок для верности и убедившись, что не работает, Николетт протянула:
- Ри-и-ик… Мне нужно тебе кое что сказать… Вот материальные ценности, они же не так уж важны, правда?..
Закусив губу, девушка с надеждой посмотрела на отца. Все, поздно отступать, теперь уж точно придется во всем сознаться.

+1

3

Казино превратилось в один единый лязг, треск и гомон: коротило софиты, конспиративно шумели в двух экземплярах, поддельном и оригинальном, погремушки и побрякушки, выстраиваясь на демонстрационных витринах причудливыми лунами и полумесяцами, скрипели дамские кожаные юбки, а булавочный металлический каблук беспрестанно цокал по кремовому мрамору с прожилками цвета сицилийского апельсина.

С хищным профилактически прищуром наблюдая за тем, чтобы трудяги не громыхнули во всех стороны хрустальным фейерверком люстры эпохи Елизаветы I, мне пришлось удариться в неизбежность в виде исключительно шумного сбора остатков уже алкогольного мохито, позже красочно чертыхаясь. Вот так до греха и доводят!

В голову без спроса лез только черный юмор.
Дайте мне пистолет — я кого-нибудь пристрелю.
Притом не целясь.
Хотя нет, не давайте: учитывая общее количество сбежавшихся на аукцион зевак и состоятельных потенциальных покупателей, чисто теоретически попасть в цель мог и самый безнадежный слепой. Полнейшее отсутствие спортивного интереса.

В очередной раз с сожалением смерив присутствие отсутствия главного составляющего, а не обглоданной веточки мяты, я кивнул бармену на опустевший бокал, меланхолично скрещивая ноги под барным стулом и небрежным жестом отправляя сосуд путешествовать на другой, менее покатый край узкой столешницы.
Ещё. — Немедленно зашуршала шкурка лайма, забряцал лед в железном шейкере и в радиусе ближайшего полуметра поплыл блаженный аромат початой бутылки Bacardi. Мировое равновесие было снова восстановлено. Моя прелесть.

Едва стоило отвернуться — и сзади что-то многозначительно обвалилось, прыгая по полу крошечными хрустальными подвесками.

Покусывая кончик отвоеванной у упаковки зубочистки, я размышлял над тем, что пара бокалов — и я поплыву вместе с ним. Что ж, хотя бы местный полосатый зверинец порадуется: кажется, у них сегодня будет на ужин деликатес. Из недотеп первого сорта.
Соланж мирно одобряюще зафырчала во сне (насколько барсы могли фырчать в принципе), свернувшись калачиком на соседнем стуле и эгоистично обвившись своим длинным хвостом вокруг моего запястья, отпугивая собственническими замашками неподготовленную публику. Хоть кто-то меня понимает.

Хитрая моська по имени Николетт Аллегре нарисовалась на горизонте слишком невинно и безмятежно, чтобы я начал задумываться о том, где искать покладистых адвокатов, которые согласятся со мной сотрудничать по её душу. Ещё чуть-чуть, и сделки я, вероятно, начну подписывать кровью. И подпишу ведь, если понадобится, мрачно подсказал внутренний голос, потому что эта маленькая нахалка умело пользовалась тем, что играла на моём эстетическом наслаждении от тех выходок, которые она устраивала.

Упершись локтем в барную стойку, я решил, что на начальной стадии переговоров оборачиваться в сторону Аллегре — бездарный просчет и по умолчанию смертельный номер, и , игнорируя чёрную коктельную трубочку, сделал большой глоток, отпивая напрямую из бокала:
Неужели ты решила съехать из Four Seasons? — Я чувствовал, как уголок губ дизертирски дергается, заставляя расплыться в тонкой усмешке. Стремление к роскоши было у Николетт в крови, поэтому я не возлагал особую миссию на вопрос, отнюдь не призванный быть серьёзным предложением. Однако если о том, к чему вела Аллегре, мне оставалось только догадываться, многолетняя практика общения с малолетней злодейкой подсказывала вероятное русло общения начатого разговора: когда Николетт, как трудолюбивая пчёлка, начинала виться вокруг да около собственного "хочу", это было сродни разбитому зеркалу — жди семь лет неудач.

Вот только часто — в один день.

Схватив, я втащил Николетт по другую сторону барной стойки как только послышались первые предупредительные выстрелы. Мужской голос посоветовал не дергаться. Это, видите ли, ограбление!
Иронично вздернув бровь, я обернулся к мадам в васильковом платье, вынужденно меняя тему:
Мы не заказывали вечеринку, как считаешь?

+1

4

- Что?.. Ой, нет.
Николетт удивленно пару раз похлопала ресничками на вопрос отца, на секундочку позабыв о провинности. Нет, материальные ценности, конечно, были не важны, но какой-то минимум для комфортного существования же должен был быть. Люкс в Four Seasons вполне соответствовал требованиям. Впрочем, по поводу сервиса она с удовольствием побеседовала бы с администратором, поскольку не весь персонал ее устраивал, однако порой приходилось напоминать себе, что она находится не в отцовском отеле.

- Это не те материальные ценности… - девушка вновь вернула мордашке выражение вселенской скорби и продолжила, - я о конкретных вещах… Ну, там машины, дома, украшения…
Бросив быстрый взгляд на Рика, Николь попыталась установить, появилось ли какое-то подозрение в его голове, однако понять было трудно. Отец без лишней суеты ждал продолжения, по всей видимости предпочитая не гадать на кофейной гуще, что от него хочет дочь. И правильно делал, поскольку затея эта была провальной, угадать со стопроцентной вероятностью никогда не представлялось возможным. Впрочем, яблоко от яблоньки, иначе нечем было бы объяснить просто поразительное понимание, как и в какой ситуации себя нужно вести с Аллегре. И ведь с совсем сопливого возраста так было.
Однако, если по отцу было не понятно, что он думает по поводу ее внезапного прозрения о материальных ценностях, то Соланж, лениво развалившаяся неподалеку, всем своим видом выражала неодобрение. Причем настолько явно, что Николь была пристыжена еще сильнее, чего вообще-то отродясь не происходило.

Мыслительный кружок пора было сворачивать, иначе это могло затянуться до вечера, а суть проблемы нужно было внятно донести в кратчайшие сроки, пока в казино не ворвался владелец, требуя выдать ее, и ей не пришлось срочно просить политического убежища.
Однако не успела Нико открыть рот, чтобы как на духу все выдать, и даже зажмурилась, чтобы было не так страшно, как до нее донеслись звуки выстрелов, и резким движением она была отправлена по ту сторону барной стойки. Вот и закрывай так глаза на минутку. Оценив удачное приземление и даже не сломанные каблуки, девушка удивленно уставилась на Рика, когда внезапно на нее снизошло озарение.

Вечеринку не то чтобы не вызывали… Случайно приманили, вот что. В том, что пришли по ее душу, Аллегре даже не сомневалась, однако крики об ограблении натолкнули на утешительную мысль, что пришли не убивать. И то хорошо.
- Эмм… Это по моему спецзаказу... - девушка легонько пожала плечами, мол «я тоже такого не ожидала» и быстренько отвела глаза от греха подальше. Даже если Рик хотел что-то спросить или сказать, сделать ему это не дала разбившаяся бутылка красного полусухого прямо над ними. Кто так мастерски стрелял, видно не было, и Николь даже оценила бы возможно, если бы ее чудесное платье не оказалось забрызганным. А вино отстирать, между прочим, очень сложно!

- Секунду, - встав на корточки, девушка высунулась чуть-чуть сбоку, чтобы посмотреть, что происходит в зале. В зале происходило все тоже самое, что обычно в фильмах, а точнее крики «лежать», «это ограбление» и «лежать, я сказал». Примечательно было не это, ее больше интересовало, сколько их там, и куда подевалась Соланж.
- Их трое. Один, видимо, важная шишка, еще двое помельче шишечки, - сообщила новости с поля боя, быстренько вернувшись в исходное положение, пока отец сам не вернул ее туда, чтобы не высовывалась куда не надо. Удивительным образом юная Аллегре испытывала смешанные эмоции: страшно не было совсем, но ужасно жалко было платье и туфельки, зато совершенно внезапно все становилось веселее и веселее. Настолько, что в какой-то момент она тихонько хихикнула:
- Представляешь их лица, когда они увидят Соланж?

Отредактировано Nicolette Allegre (2013-07-06 05:40:55)

+1

5

Время тянулось, как фруктовая жвачка. Бармен снова вопросительно (а, может, предупреждающе, я не разобрал и разбирать намёки не собирался) погремел шейкером, и я почти предложил Николетт освежиться, если бы не вся последующая свалившаяся на нас суматоха. Пришлось задуматься над тем, а не было ли это агитацией высшего разума насчёт того, что с алкоголем пора завязывать, и я почти бы в это поверил, если по иронии судьбы нас за барной стойкой и не упрятали. И, что называется, делай что хочешь. И если нас здесь и похоронят, обвинение на страшном суде все равно выдвинут. Чертов закон подлости.

Аминь, — не слишком разборчивый — и не призванный им быть — комментарий пришелся на упокоившуюся бутылку очень неплохого, между прочим, французского вина, как над нашим скромным убежищем раздалась ещё одна череда выстрелов, и несколько роксов, а затем, кажется, мадерных рюмок, судя по траектории падения, рассыпались алмазной крошкой у нас на коленях. Надеюсь, что Николетт напасть не застала, но мне ещё пришлось аккуратно вытряхнуть пару страз из собственных волос. Дьявол. Эти парни решили превратить моё казино в дешёвый тир! Не хочу покушаться на лавры Нострадамуса, но если после уже исполненных  заявлений я и выдал бы им пару бонусных фишек за храбрую попытку, и даже пустил бы к столам рулетки, австрийские роксы отныне и навсегда стали их роковой ошибкой. Ковбои, чёрт бы их побрал. Заставлю залатать вручную каждую трещину на венецианской штукатурке!

Соланж, как обычно, явилась из ниоткуда, статная и грациозная, как ни в чем не бывало ластясь о моё бедро, словно напоминая со всей присущей ей внимательностью к внешнему виду о том, что смокинг был безнадёжно испорчен. Длинный хвост снова промелькнул перед глазами, но уже явно с жалобой на белесое пыльное пятно на кончике — трагедия.
Привет, девочка.

От обсуждения витиеватых формулировок Аллегре (если по поводу способа подачи материала не выразиться прозаичнее; с другой стороны, я позволил потешиться надеждой, что все обойдётся, ибо апокалипсис не мямлит, пусть для моей мадмуазель это поведение было не свойственно, и я не был уверен что принимать за худшую примету) пришлось отказаться ввиду все более интересных рождающихся формулировок того, что беспокоило её думу. Я никогда не был способен по-настоящему на неё злиться, однако раздражение посчитало, что не выходит за рамки дозволенного, и я чувствовал отрезвляющую его волну, зарождающуюся где-то в глубине души, под давлением, какое бывает на дне океана.

Недовольство все ещё подогревалось битыми роксами, варварским отношением к дорогому ремонту (как к прекрасному в общем и целом) и тем, что Аллегре продолжала говорить загадками.

Что значит по спецзаказу? — прошипев, я тут же цыкнул и почти снова ухватился за ткань её элегантного платья, чтобы кое-чей любопытный нос, как бы ни старалась его хозяйка, остался цел, но Николетт нырнула в наш окоп самостоятельно. Я одобряюще хмыкнул. Неужели взрослеем? Информация, однако, оказалась на самом деле занятной, и я предательски прыснул на предложение натравить Соланж. Мысль выглядела очень привлекательно — если незванные гости-таки не впечатлились двумя клетками с тиграми у входа в казино. Не впечатлились — так впечатлим, мурлыкал на задворках подсознания Заговорщик, но это уже другой репертуар.

Говоря по чести, на данный момент моя голова была занята приветственной тирадой, пока меня не попросили импровизировать на месте. Если налётчики не болваны — что было печально — им в скором времени понадобится золотой ключик, который отпирает что-то крупнее, чем разменная касса. Они были большими мальчиками, иначе пошли бы грабить киоск, а не процветающее казино, особенно в разгар приготовлений к аукциону, поэтому того, что они вытребуют из окошка очаровательной Клариссы, им хватит только на мелкие карманные расходы.

Николетт Аллегре, говори внятно, — я бросил строгий взгляд на родное яблочко; иногда он даже работал, поэтому стоило попытаться. — Чтобы иметь перед ними преимущество, я должен знать, что ты натворила.

Я давал ей шанс. Вопрос был в том, успеет ли она им воспользоваться.

Эх, что-то подсказывало мне, что это все-таки не стащенный у шеф-повара чупа-чупс...

И именно с этой мыслью меня бесцеремонно вытянули из укромного уголка. Грязно выругавшись, мне только оставалось надеяться, что Николетт сидела под менее удобным для обзора ракурсом.

Отредактировано Richard Spaak (2013-07-06 20:13:13)

+1

6

Николетт расстроено шмыгнула носом. Было ли это вызвано муками совести, или же воображение ярко нарисовало, во что превратится казино после визита гостей – определить было сложно. Впрочем, второе волновало ее ничуть не меньше, чем первое. Она, конечно, все понимала, ребятки недовольны пропажей украшения, но зачем так варварски громить прекрасное? Да еще и стрелять по бутылкам, половина из которых, между прочим, тоже стоит состояние, хотя и чуть более скромное, чем личная коллекция Рика.

Так. Говорить внятно. «Легко сказать» - могла бы фыркнуть Нико, однако строгий взгляд отца, о чудо, действительно подействовал. Ну, как подействовал, заставил соображать быстрее и лучше. Однако это отнюдь не означало, что она тут же выпалила ему все свои грехи в алфавитном порядке. В светлой головке девушки пронеслась мысль, что рассказать можно, не опасаясь, что оторвут голову. Скажем так, сейчас отцу явно было бы не до нравоучений на тему ее безалаберности.

- Украшение с аукциона… Ну, та брошь… - Аллегре замялась, затеребив край платья и опустив глаза в пол. Платье уже было не спасти ничем, так что за то, что оно помнется, точно можно было не переживать, - Так вот, она…
Впрочем, договорить она не успела. Вот ведь наглость, когда девушка только набралась смелости и, глубоко вдохнув, собиралась было как на духу выпалить истинную причину происходящего, как их прервали да еще и так бесцеремонно. Чем дальше, тем сильнее она убеждалась в том, что лучше уж этой броши было действительно потеряться, чем оказаться в руках…этих. Ну, вот что они могли понимать в таких вещах?
Зажав себе рот ладошкой, чтобы не вскрикнуть, когда отца неожиданно вытащили наверх, Николь заползла подальше в тень, надеясь, что о ее нахождении там пока никому неизвестно. Откровенно говоря, девушка была в ярости от подобной бесцеремонности и готова была выскочить из своего убежища, чтобы высказать все, что она думает о людях, схвативших ее отца. С инстинктом самосохранения у нее всегда было туго, но она вовремя сообразила, что делу этим не поможешь.

Для начала нужно было оценить, что из находящегося под рукой могло послужить в качестве боеприпасов. На удивление, выходило, что при желании можно приспособить абсолютно все, что находилось в поле зрения. А в поле зрения находились штопор, множество бутылок и куча рюмочек, которые несмотря на размер были все же увесистыми. Благо не пластик. Штопор и бутылки подходили больше для ближнего боя, а вот рюмки… Правда вопрос меткости юной Аллегре оставался открытым, однако не сказать, что она страдала особым косоглазием.

Собрав рядом с собой все, до чего смогла дотянуться, девушка выглянула из-за стойки. И очень удачно, поскольку всем явно было не до нее: один из бравых ребят крутился около кассы, угрожая несчастной Клариссе, другой, по всей видимости, следил за порядком в зале, получая чуть ли не садистское удовольствие от запугивания работников казино. Ну а третий, как и полагалось по всем законам жанра, весьма недвусмысленно наставил оружие на отца. А это уже было верхом наглости!

Нашарив под рукой первую попавшуюся рюмку, Николетт Аллегре швырнула ее, как она надеялась, прямехонько в голову и тут же юркнула обратно вниз. Возмущенный вопль оповестил, что послание, отправленное от всей души, до адресата дошло.

Отредактировано Nicolette Allegre (2013-07-07 01:57:58)

+1

7

Нападение, как явление полноценное, канонное и самодостаточное, в моем представлении длилось всего несколько секунд: ровно до того момента, как я хорошенько приложил каблуком замшевой туфли по колену одного из тех… интеллигентных людей, которые выволокли меня из-за барной стойки. Учитывая кругленькую сумму, которую я отдал за них на благо удобства и собственного имиджа – а еще своих нервов, потому что в одну прекрасную пору Николетт обнаружила, что к этому костюму ни одной одобренной ею пары обуви в моем гардеробе, видите ли, не значится, и протащила меня по всем торговым закоулкам Амстердама, где мы непродолжительно оседали в ту пору, – марать сокровище текстильного производства об интеллигентность, без сомнения, в будущем несостоявшихся грабителей, мне удовольствия совершенно не приносило.

И, кажется, я немного отошел от темы. Давайте начнем сначала.

Нападение, в моем представлении, длилось всего несколько секунд.
После него, также беря в расчет мою собственную классификацию, началось откровенное домогательство.

Хватит уже меня лапать, – зарычав, я прочно закрепился на полу, а не в вечном полете, как игрушечный оловянный солдатик под мышкой у гиганта, прежде вывернувшись из собственного пиджака. Да на здоровье. Забирайте. Размерчик все равно не ваш. Интересно, они осознавали, какую золотую рыбку поймали, или моё дилетантское отношение к конспирации было случайной жертвой чьего-то острого взгляда?

В какой-то момент я осознал, что понятия не имел, что из предложенного бы предпочел.

Флибустьеры поглощали атмосферу обыденного азартного умиротворения «El Rancho» литрами, заменяли её вязким, отравляющим сознание гамом. Нико была права: их было трое. Шишек. Все так или иначе стояли ко мне спиной, чтобы я мог взглянуть в их бесстыжие глаза, и что-то горячо обсуждали в почти интимном кругу. Но пировать за своими предводителями набежали еще и гиены (не больше дюжины, но все же), поэтому общая характеристика казино “saloon” сменилась на стиль “муравейник”. Оценив ситуацию и переведя дух, я, положа руку на сердце, даже более-менее успокоился. Бояться налётов – казино не управлять. Если понадобится, я был готов сдать им разменную кассу, лишь бы они не добрались до экспонатов аукциона…

И тут в сознании меня больно кольнуло благоухающим недобрым знамением свежим воспоминанием.
«Это по моему спецзаказу». «Украшение с аукциона… Ну, та брошь…».
Ох, девочка. Что же ты натворила?
Хотя нет, не совсем верный вопрос. Что же именно ты натворила?
И как она вообще попала к тебе в руки, эта безделушка?!

А ты все такой же негостеприимный, как раньше, Спаак!
О, нет. Пожалуйста. Началось в колхозе утро. Давайте обойдемся без этого?
Нарисовалась главная гиена.
Потому что ты так и не научился стучаться в дверь.

…Обойдемся без старых знакомых.

Прилетевший из ниоткуда снаряд и потешивший мой слух вскрик были только доказательствами протеста в моих собственных мыслях.

Отредактировано Richard Spaak (2013-08-06 03:24:01)

+1

8

Аллегре довольно быстро осознала, чем именно был плох ее план обстрела рюмками из-за барной стойки. Снаряд, прилетевший ровнехонько в голову, довольно точно указывал, откуда велись боевые действия, поэтому сомневаться, что сейчас придут и по ее душу, она не могла. Зажав в руке штопор, девушка снова высунулась из укрытия, правда уже сбоку, чтобы иметь хоть какое-то представление о том, что происходит в зале и с какой именно стороны на нее собираются нападать. Мелкие сошки, разгуливающие туда-сюда, ее интересовали не так сильно, как те трое, которые были определены как главные. Совсем главный, конечно же, места своего не покинул, еще один по-прежнему крутился около Клариссы, а вот куда делся третий, Нико не видела.

В идеале, нужно было стащить клатч, который во всей этой суматохе оказался по другую сторону стойки, и чтобы его достать, пришлось бы очень нехило высунуться наружу. Но дело того стоило, хотя бы потому, что в нем лежал телефон, а телефон – это всегда ключ к спасению и уж кому, как не Аллегре об этом знать. Он-то ее выручал миллионы раз. Так вот, можно было позвонить Старку, он бы точно придумал, что делать. Хотя все тоже неугомонное внутреннее я подсказывало, что лучше, конечно же, звонить в полицию. По крайней мере, это было бы логичней. Хотя, откровенно говоря, к стражам закона у нее доверия не было.

Однако высунуться за клатчиком она не смогла, поскольку была самым варварским образом схвачена за лодыжку и потянута назад. Громко, отчетливо и не очень цензурно сообщив, что она по этому поводу думает, девушка, к счастью успела опереться на ладони, чтобы не удариться об пол подбородком, и резко дернула ногой. Впрочем, варвар руку разжал сам, зато очень бесцеремонно и практически за шкирку поднял на ноги.
- Пусти! – обиженно взвизгнув, Николь попыталась для начала удержаться на каблуках и не съехать снова вниз по мокрому полу, а заодно и вырваться из практически мертвой хватки. Обидчик ухмыльнулся, пробормотав что-то вроде «попалась» и тут же резко вскрикнул от боли.

Мини-курс самообороны, из которого Николетт вынесла два самых главных и важных урока – больнее удара шпилькой в ногу только удар коленкой в пах. А уж шпилька плюс коленка – это был просто комбо-удар, выдержать который дано было не каждому. Судя по тому, как согнулся пополам мужчина перед ней, схватившись рукой за стойку, он особой стойкостью не отличался.

- Су-у-ука.
Девушка поморщилась и, еле удержавшись от того, чтобы пустить в ход еще и штопор, находящийся по прежнему в руках, крутанулась на каблуках, направляясь к выходу, и попала прямехонько в объятия еще одного громилы. У громилы были, видимо, не такие уж большие проблемы с интеллектом, потому что повторить свой трюк с ударами у Николь не получилось, а штопор оказался выронен. Почувствовав свою беспомощность, когда ее очень аккуратно вытащили в зал, не давая ни единой возможности хотя бы пустить в ход ногти, Николь обиженно надула щеки.
Ишь ты, какие бесцеремонные.

+1


Вы здесь » Miami: real life » Archive » Goodnight.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC